Андрей Кузнецов и Валерий Гартунг об исполнении федерального бюджета за 2025 год
13 октября 2026
Государственная Дума приняла проект федерального закона № https://sozd.duma.gov.ru/bill/1260086-8 1260086-8"Об исполнении федерального бюджета за 2025 год". С докладом выступил Министр финансов РФ Антон Силуанов. Вопросы задали депутаты фракции СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Андрей Кузнецов, Валерий Гартунг. От фракции выступил Валерий Гартунг. Валерий Гартунг:
- Уважаемый Антон Германович, ключевая ставка в 2025 году была запредельной, объяснялось это тем, что Центральный банк борется с инфляцией, скажем, поставив себе цель снизить инфляцию до 4%. При этом Правительство индексировало тарифы естественных монополий в два с лишним раза больше чем реальный уровень инфляции, объясняя это тем, что нужно восстанавливать инфраструктуру, нужно вкладывать деньги, но при этом закупки взаимозависимых лиц без проведения конкурентных процедур как осуществлялись, так и осуществляются уже на протяжении 10 лет.
Как Правительство намерено всё-таки начать жёстко контролировать расходы естественных монополий для того, чтобы снизить давление на инфляцию? Спасибо.
Антон Силуанов:
- Уважаемый Валерий Карлович, уважаемые депутаты, Правительство контролирует деятельность естественных монополий через, соответственно, набсоветы, через директивы, которые даются компаниям с государственным участием, в том числе и естественным монополиям. По 223-му закону и по закупкам у единственного.
На самом деле естественные монополии точно так же, как и другие компании с госучастием, руководствуются 223-м законом. Но в случае если у них созданы были соответственные дочерние организации, которые выполняют те или иные задачи, те или иные виды деятельности, то 223-й закон разрешает выполнять закупки у так называемых единственных исполнителей, которыми являются, по сути дела, их дочерние компании. Для чего, собственно, они и создавались. Поэтому в этой части 223-й закон такие закупки разрешает осуществлять. И такие закупки осуществляются. Правильно это или нет? С одной стороны, мы видим, что целый ряд компаний, которые имеют дочерние и подведомственные или, будем так говорить, внутригрупповые предприятия, и созданы специально, предположим, для закупок IT-продукции, для закупок IT-услуг или для других целей, значит, для них как раз и действуют возможности закупок исключительно у тех компаний, которые созданы были под соответствующие цели и задачи. Поэтому в этом плане 223-й закон не нарушается и разрешает делать такие исключения.
Вопрос эффективности, цен, по которым осуществляются такие закупки, это уже вопрос проверок контролирующими органами, в том числе и Федеральной антимонопольной службой. Спасибо.
Андрей Кузнецов:
- Уважаемый Антон Германович, в бюджете 2025 года были заложены меры, которые заметно увеличили налоговую нагрузку на граждан и экономический сектор. Однако фактические доходы федерального бюджета в 2025 году оказались на три трлн ниже первоначального плана, а расходы на 1,5 трлн выше, и дефицит превысил первоначальный план в 4,8 раза. И в целом это происходило на фоне увеличения налоговой нагрузки, которая по замыслу должна была бюджетную ситуацию улучшить. Ситуация по сентябрь 2026 года примерно те же тенденции показывает.
В связи с этим вопрос к вам. Не считаете ли вы данную ситуацию по итогам 2025-2026 года основанием для какой-то коррекции экономической политики? Может быть, пора все-таки переходить к мерам поддержки производства, стимулирования экономической активности? Или у нас курс правильный, всё идет по намеченному курсу?
Антон Силуанов:
- Уважаемый Андрей Анатольевич, уважаемые депутаты. В своём докладе я говорил о причинах снижения доходной части по сравнению с плановыми показателями, ещё раз назову.
Это в первую очередь снижение цен на нефть по сравнению с планом. Фактически цены на нефть марки Urals составили в 2025 году 55,6 доллара за баррель, а планировали мы 69,7 долларов за баррель. И курс рубля сложился крепче. Мы планировали 96,5 рублей за доллар, сложилось 83,4 рубля за доллар. Это привело и к снижению доходной части бюджета.
Что касается 2026 года, текущего года, то мы видим, что плановые показатели по ненефтегазовым доходам даже перевыполняются. В этом году мы сможем пополнить Фонд национального благосостояния, поскольку уровень цен на энергоресурсы складываются во втором полугодии выше, чем мы планировали в бюджете. И общий объём Фонда национального благосостояния может быть пополнен в текущем году на сумму около одного трлн рублей. Всё будет зависеть, конечно, от завершения года, какие конъюнктуры сложатся на мировом рынке. А что касается ненефтегазовых доходов, связанных с ростом экономики в первую очередь, с показателями развития экономики, тоже мы видим, что дополнительные доходы составят около одного трлн рублей.
В прошлом году мы наблюдали некоторое отставание показателей от прогнозных и от параметров прогноза социально-экономического развития. В текущем году мы видим наоборот показатели перевыполнения наших планов по ненефтегазовым и по нефтегазовым доходам. Спасибо.
Валерий Гартунг (выступление от фракции):
- Уважаемый Вячеслав Викторович (Володин, Председатель ГД – Прим. ред.), уважаемые коллеги!
Наша фракция последовательна, поэтому мы поддержим исполнение бюджета за 2025 год. Это не значит, что у нас нет вопросов к его исполнению, но мы должны разделить ответственность за этот тяжелый год, потому что накануне мы принимали решение по повышению налогов, принимали меры по снижению бюджетного дефицита.
Мы все понимаем, в какой ситуации мы находимся, наша страна ведёт войну с альянсом более чем 50 стран, совокупный ВВП которых в 38 раз больше нашего. Соответственно, мы должны консолидировать все ресурсы, чтобы выиграть войну.
Вместе с тем у нас есть предложения, которые я хотел бы сегодня озвучить. Если бы речь шла только об утверждении кассового исполнения бюджета, то можно было бы на этом закончить, сказать, что мы за, и уйти. Но Антон Германович же правильно сказал, исполнение бюджета, принятие закона об исполнении бюджета – это ещё и повод задуматься, всё ли делалось правильно, всё ли делаем мы правильно сейчас, и, учитывая предыдущий опыт, не совершить других ошибок. Вот давайте я на этом сейчас остановлюсь.
Давайте мы посмотрим, в каких условиях жила страна в 2025 году. Напоминаю, предыдущие два года были очень успешными для нашей страны. Фактически в 2023, в 2024 годах отрасли, обеспечивающие технологический суверенитет страны и обороноспособность страны, росли с темпами двузначными, более 10%. Я про машиностроение, про оборонный комплекс и не только про них. Это, естественно, привело к тому, что доля нефтегазовых доходов в бюджете стала падать существенно. И мы эти два года шли в правильном направлении.
Но потом вдруг почему-то у Центрального банка появилась навязчивая идея удержать инфляцию в 4% годовых, при этом объективно Правительство разрешило естественным монополиям проиндексировать цены на свои товары и услуги на 10-11%.
Как в этой ситуации добиться инфляции в 4%, если 70% экономики, находящиеся под контролем государства, получают возможность индексировать на 10% и более. Арифметически просто не складывается, это тогда значит, что все остальные отрасли, которые в конкурентных отраслях находятся, в конкуренции, причём не только внутренней конкуренции, а прежде всего внешней конкуренции, конкурируют с Китаем, который дотирует продукцию своей промышленности, дотирует её и выигрывает конкурентную борьбу у всего мира, не только у нас. И в этой ситуации мы конкурентные свои отрасли оставляем один на один с таким соседом и при этом ужесточаем кредитно-денежную политику.
Напоминаю, ключевая ставка средняя, по данным Счётной палаты, 19,2% была, инфляция – 5,9%. Это значит, что реальная стоимость заимствования у нашей промышленности, у нашей экономики была 13,3% годовых.
Ведь всё познаётся в сравнении. У того же Китая, например, реальная ставка, по которой они заимствуют, при том, что если они выполняют поставленные Правительством задачи, то им вообще все инвестиции компенсируются государством, так у них реальная ставка 1%. У нас в 13 с лишним раз больше. Ну, как вы собираетесь с этим конкурировать?
Дальше. Утилизационный сбор, который все мы понимаем для чего вводился. Это фактически защита отечественного машиностроения, отечественной промышленности от недобросовестной конкуренции со стороны внешних игроков.
Эти деньги должны были поступать на поддержку нашей промышленности, но более одного трлн рублей, они поступили в бюджет, они туда не пошли. Изначально он так и принимался, этот утильсбор, что это будет защита. Потому что в своё время мы взяли на себя обязательство при вступлении в ВТО, и мы не могли защитные барьеры вводить, и придумали вот такую вещь как утилизационный сбор. Работал он по назначению? Нет, не работал.
Следующее. Что мы предлагаем.
Во-первых, всё-таки вернуться к предназначению этого утильсбора и всё-таки поддерживать отрасли, которые в 2023–2024 годах обеспечивали нам и обороноспособность, и технологический суверенитет, кстати, и перелом в войне тоже тогда был обеспечен этими отраслями. И сейчас практика показывает, что ситуация на поле боя меняется, нужны более высокотехнологичные вооружения, средства защиты и, соответственно, требования к нашему ВПК существенно выросли. Кого надо поддерживать? Именно их.
Теперь давайте посмотрим, а кого мы поддерживали на самом деле? Если за 2025 год вернуться ретроспективно и посмотреть. Кто у нас бенефициарами оказался? Ну, у нас в шоколаде при том наличии санкций, которые сегодня есть, нефтегазовый сектор. Я газ не беру, потому что там ситуация особая, нефтяной сектор всё-таки у нас в нормальном состоянии, финансовый. Мы им там два с половиной трлн отрицательных акцизов выплачивали, два с половиной трлн.
Дальше, финансовый сектор. Посмотрите, какие отчёты у нас за 2025 год. За 2026 год будет ещё отчёт, за четыре триллиона рублей. Ну, почему мы, собрав с малого бизнеса, там, пытаясь собрать на 200 млрд, я не знаю, сколько на самом деле собрали, не уточнял цифры, но мы могли бы эти 200 млрд собрать из банковского сектора. Почему они остались за бортом участия?
Мы, когда говорим здесь: "всё для фронта, всё для победы", то все, действительно, должны этот вклад вносить, а не только машиностроение и оборонка. Сырьевики, финансисты тоже должны поучаствовать, мы ведь их тоже защищаем, создавая вооружения, которые обеспечивают перелом в войне.
Теперь, что мы предлагаем для улучшения. Первое, конечно же, наши представители, и Государственная Дума, и Правительство, в Национальном финансовом совете должны использовать свои полномочия для внесения изменений в единую кредитно-денежную политику.
Дальше, закупки у взаимозависимых лиц. Закупки у взаимозависимых лиц проводятся без проведения конкурентных процедур, это надо убирать из закона. Нужно, чтобы все проводили конкурентные процедуры при закупках, и никаких изъятий не должно быть. Таким образом мы сэкономим триллионы рублей, ну, и самое главное, конечно же, мы поддержим бюджет, я с этого начал. Готовы работать.
