ГлавноеСобытияПартияПрограммаДепутатыФракция в ГД
Лента новостейОфициальноАнонсыСМИФотоВидеоАудиоEnglish

Депутаты фракции "СР" о минимальном размере оплаты труда

07 февраля 2018

7 февраля Государственная Дума рассмотрела и приняла в первом чтении проект федерального закона № 374313-7 "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О минимальном размере оплаты труда". C докладом по данному вопросу выступил официальный представитель Президента Российской Федерации, Министр труда и социальной защиты Российской Федерации Максим Топилин. От фракции "СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ" задали вопросы Валерий Гартунг, Олег Нилов, выступили Федот Тумусов и Олег Шеин.

Валерий Гартунг:

– Уважаемый Максим Анатольевич, я бы особо не обольщался по поводу повышения минимального размера оплаты труда до прожиточного минимума, потому что МРОТ еще облагается подоходным налогом. И за вычетом подоходного налога реально располагаемые доходы гражданина останутся ниже прожиточного минимума, что само по себе не позволяет ему прожить. Каким образом Правительство намерено решить эту проблему, чтобы фактически остающиеся доходы гражданина после уплаты налога были не ниже прожиточного минимума? Такая инициатива нашей фракции подготовлена. Как Правительство отнесется к тому, чтобы возвращать гражданам уплаченный подоходный налог, если после его уплаты у него остается сумма ниже годового прожиточного минимума? Спасибо.

Максим Топилин:

– Теоретически, конечно, эта проблема существует. Мы сейчас решаем задачку уравнивания этих двух показателей. Конечно, в последующем мы должны думать над тем, как решать, в том числе, и тот вопрос, который вы задали: путем вычетов или путем дальнейшего повышения МРОТ, допустим, выше величины прожиточного минимума. Есть тема, которую Олег Николаевич Смолин (депутат фракции КПРФ – Прим. ред.) озвучил по поводу тарифных ставок и МРОТ. Там много очень разных конструкций, все они, безусловно, требуют дополнительных финансовых средств. Поэтому все надо очень внимательно смотреть, нужно решить эту задачу. Безусловно, движение вперед по этому поводу должно в перспективе быть. Надо различные варианты просто просчитывать и смотреть по возможностям бюджетов и возможностям работодателей.

Олег Нилов:

– У меня вопрос к обоим докладчикам, Максиму Анатольевичу и Ярославу Евгеньевичу (Нилов, председатель Комитета ГД по труду, социальной политике и делам ветеранов – Прим. ред.).

3 декабря 2017 года истек срок изменений закона о потребительской корзине.

Я напоминаю, что это пятилетний срок, и как раз поправками к аналогичному закону о МРОТ депутаты во втором чтении пролонгировали ещё на три года действие предыдущей потребительской корзины. Я считаю, что это было нарушение и закона, и моральных факторов.

Нами внесён законопроект об отмене этой поправки, этой пролонгации.

Максим Анатольевич, с вами был согласован этот вопрос? И считаете ли вы правильным всё-таки прийти к нам сюда и, как положено по закону о потребительской корзине, раз в пять лет представить поправки, надеемся, в сторону увеличения?

Максим Топилин:

– Правительство как раз и вносило законопроект, который предусмотрен для того, чтобы не было нарушения закона о потребительской корзине. Пролонгацию действующей потребительской корзины при принятии 421-го закона, о котором я сказал. В декабре как раз и было принято решение, чтобы, с одной стороны, наконец-то реализовать задачу повышения МРОТ до ПМ, а, с другой стороны, на это время дать передышку, чтобы не пересматривать действующую потребительскую корзину, иначе мы бы просто бежали за величиной, которую невозможно достичь.

Поэтому сейчас мы создали рабочую группу по формированию предложений, как возвращаться к теме пересмотра потребительской корзины. Пожалуйста, мы открыты для диалога и можем ваших представителей, представителей "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" туда включить и, соответственно, поработать на эту тему. Это тоже очень непростой методологический вопрос.

Мы остались, кстати, одной из немногих стран, если не единственной, в которой федеральным законом утверждается сама корзина, сам набор корзинки, таких прецедентов больше нигде в мире нет. Поэтому нам нужно очень внимательно к этому отнестись. Этот закон был принят в 90-е годы, и тут надо внимательно на всё это посмотреть и посмотреть также на финансовые возможности.

Выступление Федота Тумусова:

- Уважаемый Вячеслав Викторович (Володин, Председатель ГД – Прим. ред.)! Уважаемые депутаты Государственной Думы!

Мы рассматриваем очень важный законопроект, внесённый Президентом страны Владимиром Владимировичем Путиным, о приравнивании МРОТ к прожиточному минимуму. Это очень важно, особенно для районов Дальнего Востока и северных территорий. И в связи с этим я хотел бы напомнить о недавнем решении Конституционного суда Российской Федерации, который вынес постановление о том, что на МРОТ должны начисляться районный коэффициент и северные надбавки. Это будет иметь очень серьёзные последствия, в первую очередь, конечно, в социальной поддержке наших избирателей, населения в борьбе с бедностью. Но в то же время надо будет Правительству и нам с вами рассмотреть вопрос об изменениях в бюджет, поскольку Президент внес, с 1 мая будет это изменение, и увеличатся, изменятся бюджеты социальной сферы, бюджетной сферы. Поэтому нам надо будет над этим поработать.

Вообще Правительству надо было задуматься о том, каким образом начислять районные коэффициенты и надбавки. В советское время это было за счет бюджета Союза, а сегодня это за счет бизнеса, за счет себестоимости, это опять удорожание продукции и услуг. Поэтому кардинальным образом надо будет выработать новую северную политику, с тем, чтобы северяне, жители Дальнего Востока чувствовали себя уверенно и были социально защищены. Естественно, мы поддерживаем данный законопроект. Спасибо.

Выступление Олега Шеина:

– Хорошее решение, наша фракция, естественно, будет голосовать за него, я его в этом зале ждал с 1999 года, когда был первый раз избран в состав российского парламента, вот только не надо рассказывать, что это решение является каким-то стратегическим, и оно могло быть реализовано только сейчас.

Несколько лет назад нефть, основа российского бюджета вместе с газом, стоила 110 долларов за баррель, сегодня стоит меньше 70-ти. Несколько лет назад мы говорили, что денег в бюджете нет. Сегодня деньги в бюджете нашлись, но какие это деньги?

Консолидированный бюджет Российской Федерации составляет 25 трлн руб. Нашлось 40 млрд, это цифра, составляющая 0,2% от консолидированного бюджета. Это не глобальное перераспределение на рынке труда, это не глобальное перераспределение по части занятости. Да, оно охватывает по разным оценкам от трех до семи млн человек, три – это если считать только официально занятых и семь – это если считать занятых не официально. Но дальше-то что, вот на каком месте мы находимся? Сегодня на 95 месте, приближаемся к 85 месту в мире по размеру реальной по индексу потребительской способности заработной платы среди тех стран, которые на планете есть.

Надо менять саму методику. Такого, чтобы минимальная заработная плата считалась по потребительской корзине, нет нигде в мире вообще, этого подхода нигде не существует. Нигде не считают, что необходимо человеку, скажем, потребить энное количество хлеба или бананов, а потом к этому прибавляют в доле один к одному соответствующие расходы на коммунальные услуги, транспорт, парикмахерские и все остальное. Считают по-другому.

Есть рекомендация Всемирного банка, которой следуют все страны объединения экономического развития и сотрудничества, согласно которой минимальная заработная плата должна составлять 40% от официальной средней заработной платы в соответствующей стране. В этой части мы доверяем российскому Правительству, что же нам не доверять, когда это сработает на пользу работников, если возьмем на веру официальные сведения по заработной плате – 40 тыс. руб. в месяц, минималка должна быть 16 тыс. руб. Кстати, это соответствует позиции "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ", которая предлагает использовать, в том числе, кроме существующей методики минимальной оплаты труда также почасовую заработную плату в размере не менее 100 руб., соответственно, это 16,5 тыс. руб. в месяц, исходя из стандартной классической сорокачасовой рабочей недели.

Так вот, если мы возьмем рекомендации Всемирного банка, что почасовая оплата труда должна быть 100 руб. в час, то мы выходим на реальную минимальную заработную плату в нашей стране в 16 тыс. руб. Намного ли это разгонит инфляцию? Нам же обычно говорят: вот цены поднимутся, товары удорожают, и эти деньги все сгорят. Это разгонит инфляцию примерно так же, как сегодня это обременяет бюджет. Переход на минималку в 16 тыс. руб. в месяц разгонит инфляцию до отметки в 0,37%, это не те цифры, о которых вообще стоит говорить.

Но ведь мы понимаем и другие вещи. После того, как у нас в 2004 году уничтожили и разгромили тарифную сетку, вся история с минимальной заработной платой касается только людей, которые находятся в самой нищете, на самом нижнем уровне заработной платы.

Что необходимо делать? Во-первых, безусловно, вводить твердую долю тарифа в заработной плате, а не так, что у нас в минимальную оплату труда включают и премии, и стимулирующие выплаты, и ночные смены. Необходимо возвращаться в бюджетном секторе к тарифной сетке.

Необходимо вообще понять, где мы находимся. По средней заработной плате в стране Россия вдвое уступает такой сравнимой с нами по нынешним временам стране мира как Южно-Африканская Республика. У нас 600 долларов в месяц официальная средняя зарплата, в Южной Африке – 1,3 тыс.

Кстати, специально для министра Топилина, коммунальные услуги в Южной Африке стоят на 40% ниже, чем в Российской Федерации. Бензин стоит столько же, продукты питания, естественно, дешевле. Давайте уже сравнивать будем себя не со Швецией, Францией, Нидерландами и Италией, это выглядит нынче как фантастика, а со странами, которые, наверное, стилистически и ментально более подпадают под сегодняшнюю социальную систему в Российской Федерации.

Но обречены ли мы на это? Оказывается, нет. В тех немногих секторах экономики, где работодатель на паях с российским государством не разгромил российские профсоюзы, зарплата российских работников вполне сравнима с заработной платой хотя бы работников Восточной Европы. Там, где есть реальные профсоюзы, заработная плата не ниже, чем в Польше, не ниже, чем в странах Балтии, не ниже, чем в Словакии, то есть российский работник без разорения российского многострадального бизнеса может и получать вполне сравнимую с восточно-европейцами заработную плату.

Но что необходимо делать? Необходимо не мешать российскому работнику защищать свои права, необходимо вернуть право на забастовку, необходимо вернуть право на коллективные переговоры. Независимо от численности профсоюза работники имеют полное право вести диалог с работодателем без этих запретов, чтобы в профсоюзе обязательно было не менее 50% от персонала.

Необходимо ввести право – это законопроект "СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ" про отлагательное вето в отношении увольнения профсоюзных активистов, чтобы нельзя было на следующее утро после создания профсоюза всех выгнать на улицу, чтобы люди полгода восстанавливались через суд на работе, а потом их снова выгнать. Чтобы в отношении профсоюзных активистов работала следующая система, очень простая. Работодатель мог уволить лидера профсоюза только после того, как в суде доказал, что этот лидер что-то там нарушил в части своих трудовых обязанностей.

Безусловно, необходимо отменять налоговые преференции и скидки для российского бизнеса, который использует серый труд и серую заработную плату. 10 трлн руб. в год – налоговые преференции для капитала, 28 млн человек работают неофициально.

Конечно, не должно быть так, что бизнес получает налоговые льготы, одновременно при этом уклоняясь от налогов и ставя людей в ситуацию, когда они не получат своевременно пенсию.

Мы, безусловно, будем голосовать за данный законопроект, но он не является даже сколько-нибудь заметным шагом в отношениях между работником и капиталом в России, а просто реализует старую, 18-летней давности норму Трудового кодекса Российской Федерации.

Официальный сайт Политической партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ
Копирование материалов приветствуется со ссылкой на сайт spravedlivo.ru
© 2006-2018